«Просто иди по следу баранов, убей их и возвращайся в лагерь», – приказал воин сам себе, чтобы остановить беспокойные скитания мыслей.

Кухулин и волчица спокойно пробирались между заснеженных камней, лежащих на северном склоне Трирских гор. Он был рад, что снега стало заметно меньше. Всего несколько дней назад охотник вряд ли последовал бы за баранами к подножию горы. Если удача их не покинет и снег больше не выпадет так неожиданно, то через несколько дней проход расчистится настолько, что через него можно будет пробраться. Конечно, Кухулину придется в этом удостовериться. Дети были терпеливы и обладали силой воли, но, несмотря на все их рвение и раннее развитие, оставались всего лишь детьми, пусть и необычными.

Воин никогда не забудет, как впервые увидел их, вернее, реакцию этих существ на первого настоящего человека, с которым им довелось встретиться. Был мрачный пасмурный день. Небо заволокли тяжелые тучи. Они принесли с собой весеннюю снежную бурю, которая замела проход из Пустоши. Кухулин, Керран и Невин появились среди гор и стали спускаться по короткой тропинке от прохода в небольшую долину, где укрывались новые фоморианцы. Лагерь охранял молодой часовой по имени Гарет. Он заметил их и, как любой хороший охранник, помчался поднимать соплеменников по тревоге. Вместо того чтобы встретить маленькую группу с осторожностью, а то и с поднятым оружием, новые фоморианцы бежали к ним с открытыми руками и приветственными улыбками. Дети! Во имя Богини, он не ожидал увидеть так много малышей. Они смеялись и пели красивую мелодию, в которой Кухулин с изумлением узнал древнюю песнь Партолоны, восхваляющую Эпону. Обитатели лагеря стали обнимать близнецов Керрана и Невина. Затем их внимание быстро обратилось на одинокого всадника.