Бригид целых пять дней шла из замка Маккаллан к северу, пробиралась через лесную чащу к началу скрытой тропы, которую Лохлан подробно нарисовал на карте. Пять дней! Она фыркнула от отвращения. Кентаврийка чувствовала себя человеком, который кружит по лесу верхом на глупой лошади. Она думала, что дважды пройдет этот путь за вполовину более короткое время.

 – Чертов снег, – пробормотала она, и ее голос прозвучал странно в глухом лесу, напротив стены гор, показавшихся впереди. – Конечно, это должно быть где-то здесь.

Она оглядела скалу необычной формы в поисках признаков того, что здесь прошла маленькая группа Кухулина. Бригид думала, что воин отметит тропу, хотя вряд ли он мог навалить такую кучу красных камней, в точности походившую на открытый рот великана с высунутым языком и щербатым ртом. Топот копыт кентаврийки зазвучал глухо, когда она ступила по влажной земле, приближаясь к зияющему туннелю.

Внезапно воздух наполнился шумом бьющихся тяжелых крыльев. Мимо пронеслась черная птица и опустилась на скалу, похожую на язык.

Бригид резко остановилась, сжала зубы. Ворон поднял голову и каркнул. Охотница нахмурилась.

 – Прочь, проклятая птица! – крикнула она и махнула руками, чтобы прогнать его.

Ворон невозмутимо уставился на нее холодными черными глазами, неторопливо, отчетливо трижды ударил клювом по скале, расправил крылья и мгновенно взлетел. Он скользнул над самой головой Бригид и почти коснулся ее волос, так что она едва не пригнулась. Охотница нахмурилась и приблизилась к скале. Когти птицы процарапали снег. Под ним виднелись красноватые камни – ржавые линии на зимнем холсте. Она потянулась, расчистила снег и нисколько не удивилась, когда увидела след Кухулина, ведущий прямо в туннель.

Бригид тряхнула головой.