– Лохлан жив? – спросила она.

 – Да. Он женился на Эльфейм, – ответил Невин.

 – А Кейр и Фаллон?

 – Они выбрали иной путь, – быстро проговорил Невин.

Кухулин почувствовал, как его пронзила ледяная боль. Фаллон ступила на путь безумия и убила Бренну. Но прежде чем ее казнили за преступление, она призналась, что беременна. Эльфейм заключила Фаллон в тюрьму в замке Стражи до того момента, когда родится ребенок. Кейр был ее мужем и пожелал остаться с нею.

Сиара внимательно наблюдала за лицом воина-человека. Она узнала тот застывший, безнадежный взгляд, который говорил, что воин пережил огромную утрату. Он не потерял сестру, но перенес сильное горе. Произошло очень многое, о чем им надо узнать, но не сейчас, не в данную минуту.

«Позже, – сказала она себе. – Я обязательно пойму, что можно сделать, чтобы смягчить боль воина, а также услышу рассказ о Фаллон и Кейре. Сейчас важно было лишь то, что этот человек – брат нашей спасительницы. За одно это мы должны отдать ему долг благодарности».

Сиара улыбнулась, в ее словах прозвучала та радость, которая была частью души этой женщины:

 – Тогда вознесем хвалу Эпоне за то, что твоя сестра жива, Кухулин.

 – Делай то, что считаешь нужным, – отозвался он безжизненным голосом. – Моя сестра просит, чтобы я привел вас обратно в Партолону, в замок нашего клана. Твой народ пойдет со мной?

Она прикрыла рот руками. Кругом послышались радостные, изумленные крики. Сиара не могла говорить. В ней поднялось ликование, дыхание перехватило. Вот оно! Сбылась мечта, которую в каждом из них лелеяли и поддерживали их матери и бабушки. Тут смеющиеся, взволнованные дети прорвались через цепь взрослых, опустившихся на колени. Они не могли больше сдерживаться, столпились возле воина и его коня. Родители вскочили на ноги и поспешили к сыновьям и дочерям. Отцы и матери сокрушались по поводу этого юного нетерпения и напрасно пытались восстановить подобие порядка, необходимого для достойного приема такого гостя.